Фонарик и вечерняя прогулка

В ноябре в половине пятого из детского сада выходит родитель, смотрит на небо и говорит то, что в это время года говорят все: «Уже темно, пошли скорее домой». Ребёнок идёт следом, держится за рукав и всю дорогу оглядывается на окна, фары и чёрный двор, в котором ещё вчера в это время было светло. Взрослому эти двадцать минут надо перетерпеть, а трёхлетке они, похоже, интереснее всего, что было за день, только ему никто об этом не сказал.

В Германии в ту же неделю и в тот же час детей ведут на улицу нарочно, потому что темно. Каждый несёт фонарик, который сам клеил в садике, все поют, впереди иногда едет всадник в красном плаще, а в конце горит костёр. Это Мартинов день, 11 ноября. За три дня до него, 8-го, празднуют Дивали, и там тоже зажигают огни в самую тёмную ночь. Про оба праздника я расскажу коротко, а больше места отдам тому, как сделать фонарик за вечер и как устроить маленькое шествие по дороге из сада.

Две недели огней

Дивали в этом году приходится на воскресенье, 8 ноября. Название идёт от «Дипавали», «ряд огней», и это довольно точное описание: в домах расставляют глиняные плошки с маслом и фитилём, дии, на подоконники, ступени, перила, куда поместятся. Самая известная история — возвращение царевича Рамы в Айодхью после четырнадцати лет изгнания. Ночь была безлунная, и жители зажгли светильники, чтобы он нашёл дорогу домой. Дивали всегда стоит на новолунии месяца картик, в самую тёмную ночь лунного месяца. В эту же ночь многие семьи ждут Лакшми, богиню благополучия. По поверью, она заходит в чистые и светлые дома, поэтому к празднику убирают квартиру, а у порога рисуют ранголи, узоры из цветного порошка, риса или лепестков.

Мартинов день в этом году выпадает на среду. Мартин Турский был римским солдатом. В холодную ночь он встретил у городских ворот замерзающего нищего, мечом разрубил свой плащ пополам и отдал ему половину. Позже он стал епископом и одним из самых любимых святых Европы. Откуда взялись шествия с фонариками, источники спорят. Одни считают, что их придумали в Рейнланде в конце XIX века. Другие напоминают, что в крестьянском календаре 11 ноября закрывали хозяйственный год, рассчитывались с работниками, резали гусей, и с этого дня начиналась зима. Сейчас это прежде всего детский праздник: фонарики делают в садике из прозрачной бумаги на проволочном каркасе, внутри раньше стояла свечка, теперь горит батарейка.

У двух праздников один жест: в темноте выходят и светят. Октябрьская тыква тоже светится, но она стоит на пороге и отпугивает тех, кто бродит снаружи, а свет Мартина и Дивали зажигают для того, кто идёт к тебе: для Рамы, которому надо найти дорогу, для Лакшми, которая выбирает, в какой дом зайти. Плащ Мартина, если подумать, о том же. В октябре мы тепло берегли, а здесь человек отдаёт половину.

Семён: половины плаща, кажется, мало для обоих — до конца она не греет ни Мартина, ни нищего. И всё равно эту легенду считают одной из самых добрых, никто не смеётся над ней как над нелепой. Людям в ней важнее, что он поделился, чем то, согрел ли? И если так, что вообще передаётся вместе с этой половиной?

Почему ноябрь хорош для детской темноты

В Екатеринбурге 11 ноября солнце садится в 16:55, и ещё минут сорок, примерно до 17:40, держатся гражданские сумерки: небо синее, фонари уже горят. Как раз в это время трёхлеток забирают из сада. В июне солнце уходит около десяти вечера, и настоящей темноты маленький ребёнок не видит вообще, потому что к этому часу давно спит. Выходит, ноябрь — единственное время года, когда темнота достаётся детям законно, и для них это синий двор, окна, которые зажигаются одно за другим, и свой огонёк в руке.

Ребёнку с фонариком в темноте торопиться некуда: он светит в кусты, в лужи, себе под ноги, на кота под машиной и на маму. Днём фонарик — игрушка, а в сумерках у него появляется работа, и у ребёнка вместе с ним: делать то, что без темноты невозможно. Родительское «пошли скорее» в такой вечер само собой превращается в «пошли посмотрим».

Семён: темнота в пять вечера одна и та же, взрослый от неё устаёт, а ребёнок, судя по всему, в восторге. Это потому, что у ребёнка ещё нет привычки считать её плохой? Или взрослого утомляет даже не темнота, а то, что в ней надо куда-то успеть?

Как сделать фонарик

В немецком садике фонарики клеят в октябре целую неделю. У нас есть один вечер и то, что лежит на кухне, и для любого из трёх вариантов ниже этого достаточно. Они идут от самого простого к самому красивому.

Банка в салфетках — мой фаворит для трёхлеток. Нужна стеклянная банка от детского пюре или варенья, цветные бумажные салфетки или папиросная бумага, клей ПВА, разведённый водой пополам, кисточка и кусок мягкой проволоки. Ребёнок рвёт салфетки на клочки (это лучшая часть работы, и она его), взрослый мажет банку клеем, ребёнок прилепляет клочки внахлёст, сверху ещё слой клея. Пока сохнет, взрослый закручивает проволоку под горлышком и делает дугу-ручку. Через пару часов банка становится витражной. Минус у неё один: стекло, так что бегать с ней по асфальту не стоит. Если боитесь, возьмите пластиковую банку из-под йогурта. Светит она хуже, зато не бьётся.

Коробка от камамбера — классика немецкого садика. Круглая коробка из тонкого дерева или картона даёт готовые дно и крышку. Из крышки вырезается середина, остаётся кольцо. Между дном и кольцом вклеивается полоса кальки или пергамента для выпечки, свёрнутая в цилиндр. На кальку можно заранее наклеить вырезанные из цветной бумаги звёзды, луну, силуэт кота. Есть старый трюк: если смазать обычную белую бумагу растительным маслом, она становится полупрозрачной, как калька, и рисунок фломастером на ней светится. Ручку из проволоки продевают через две дырочки в кольце и цепляют на палку, например бамбуковую опору для цветов, обрезанную под рост ребёнка. На палке фонарик висит и покачивается, а не бьётся о колено.

Шарик в папье-маше, если есть два вечера. Небольшой воздушный шар надувают, обклеивают в несколько слоёв салфетками на ПВА, оставив сверху «окно», и оставляют сохнуть на ночь. Потом шарик прокалывают и вынимают, а остаётся лёгкая светящаяся сфера, которую можно расписать. Это самый красивый вариант и самый долгий, зато ребёнок участвует дважды: клеит в первый вечер и раскрашивает во второй.

Про свет немецкие инструкции повторяют одно правило: внутри только электрическая свечка. Таблетки на батарейке продаются в любом хозяйственном. Живой огонь в бумажном фонаре в руках трёхлетки — уже сюжет для пожарной части. Ему найдётся место дома, об этом ниже.

Дия для дома: Дивали в воскресенье

Шествие будет 11-го, а воскресенье 8-го можно отдать дому. Дия лепится за полчаса из самозатвердевающей массы или солёного теста: шарик размером с мандарин, большой палец в середину, края разгладить и чуть вытянуть носиком. Сохнет она сутки, поэтому начинать лучше в пятницу. В воскресенье вечером в каждую ставится чайная свечка, и плошки выстраиваются рядом на подоконнике. Если лепить всей семьёй, у каждого будет своя, кривая и узнаваемая. Здесь живой огонь уместен: плошка стоит на месте, рядом взрослые, и этого огня как раз хватает, чтобы ваше окно с улицы отличалось от соседних.

Ранголи в ноябре на асфальте не нарисуешь, но можно обойтись. Узор рисуют мелками на большом листе и кладут у двери в квартиру, как коврик для гостей. А если к 8-му уже выпал снег, рисовать можно прямо на сугробе у подъезда цветной водой из пульверизатора: пищевой краситель, вода, и ребёнку с распылителем хватит занятия минут на двадцать. Назавтра узор засыплет, но ранголи и в Индии рисуют ненадолго.

Прогулка: как из дороги домой сделать шествие

В этом году Мартинов день — обычная среда, и это удобно: отдельного события устраивать не нужно. Фонарик утром едет с вами в сад или ждёт в коляске, а после сада вы идёте домой длинной дорогой, через двор, мимо горки, вдоль окон первого этажа. Сумерки дают на это минут сорок.

Один ребёнок с фонариком просто гуляет, а трое уже идут шествием. Если у ребёнка есть друг из группы, который живёт рядом, договоритесь с его родителями заранее: фонарики сделайте порознь, а выйдите вместе. Дети с фонариками сами собой выстраиваются в цепочку, их об этом даже просить не надо.

Нужна песня. Немецкая «Ich geh mit meiner Laterne» по смыслу звучит примерно так: «Я иду со своим фонариком, а фонарик идёт со мной. Там, наверху, светят звёзды, а здесь, внизу, светим мы». Петь её по-немецки необязательно, можно по-русски, можно на мотив любой песенки, которую ребёнок знает. Мне в ней больше всего нравится последнее «мы».

Семён: в этой песне маленькие несут свет, а взрослые идут рядом. Почему взрослых так трогает именно фонарик в руке ребёнка, хотя гирлянда на всю улицу светит в тысячу раз сильнее? Дело в том, что свет маленький, или в том, что его несёт тот, кого обычно ведут за руку?

В Германии в конце шествия горит костёр и раздают сдобу, человечка из теста или гуся. Костёр во дворе многоэтажки заменят термос с чаем и булочка на скамейке. Булочку можно испечь накануне вместе с ребёнком: человечку из теста нужен только изюм на глаза и пуговицы, а если он выйдет похожим на гуся, тоже ничего.

Убирать фонарик после 11-го не обязательно. К концу ноября темнеет ещё на полчаса раньше, и вечерняя дорога из сада никуда не денется, так что пусть он висит в прихожей у двери, рядом с курткой.

Кстати: 11 ноября в Германии случаются две очень разные вещи. Вечером дети тихо идут в сумерках с фонариками и поют про звёзды, а утром того же дня, в 11:11, в Кёльне и по всему Рейнланду открывается карнавальный сезон: взрослые в костюмах выходят на площади и будут праздновать до самого Великого поста.

Саша — на старте: статья написана 1 ноября, до Дивали неделя, до Мартинова дня десять дней. Трёхлетки пока не знают, что им предстоит первое в жизни шествие.

Обложка: Хайнрих Херманнс, «Шествие святого Мартина перед ратушей Дюссельдорфа», 1905, акварель; общественное достояние, Wikimedia Commons (https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Heinrich_Hermanns_Sankt-Martins-Zug_vor_dem_D%C3%BCsseldorfer_Rathaus_1905.jpg).